Рабочая группа - так называемая «группа семи»1 - собиралась каждую неделю на квартире Перлза. Понемногу вырисовывались новые концепты, особенно благодаря Гудмену, который облекал в литературную форму интуитивные высказывания Фрица. Как позже отметила Лаура, «по сути, именно ему мы обязаны разработкой связной теории гештальт-терапии»2.

Из других членов рабочей группы каждый также оставил свой след в Гештальте, в частности Пол Вейс, который был страстно увлечен дзэн. Он привнес в группу свои знания восточной философии. Предложив идею сфокусироваться на здесь и теперь, он делал акцент на целостности мыслей и тела в психотерапевтической работе. «Он был одним из редких людей в моей жизни, которых я слушал», - писал Перлз о своем друге3.

Исидор Фром, благодаря большой философской эрудиции, хотя и не был писателем, заставлял группу отшлифовывать теоретическую концепцию.

Элиот Шапиро руководил «прогрессивной» школой, основанной на активной педагогике, для детей с эмоциональными и поведенческими нарушениями4. Он помогал группе ставить эксперименты, касающиеся научного поиска. На протяжении всего развития гештальт-терапии прослеживается это стремление к learning by doing (обучение через действие).

Отметим, что из семи человек, стоящих у колыбели Гештальта, пятеро были американцами, выросшими в своей родной среде. Эта встреча европейской культуры Перлза (о чем говорит, например, его страсть к философии, феноменологии) с американской культурой его партнеров (им свойственны прагматизм, забота об эффективности, эмпиризм) и положила начало течению, которое соединило в себе все особенности каждой из тенденций.