Я считаю, что возможности гештальт-терапии должны выйти за ограниченные рамки традиционного лечения. Все направления психотерапии имеют социальную значимость, поскольку придают смысл вну-триличностным, межличностным и межгрупповым феноменам. Не случайно диктаторская власть начинается с цензуры и запрета психотерапии1. Поскольку существует дефицит информации о целях и возможностях психотерапии, клиенты часто не в состоянии сформулировать четкий запрос, и было бы иллюзией ожидать от них этого. Многие совершенно не понимают, что им могло бы дать личностное развитие, так как убеждены, что «терапия существует лишь для безумцев»!

Что касается Гештальта, то, на мой взгляд, это один из наиболее приспособленных для социальной работы психотерапевтических подходов. Не фокусируясь на механизме переноса как главном двигателе терапии, а определяя в качестве рабочего направления восстановление функций контакта, гештальт-терапевт может поддерживать положительный вектор изменений человека в нашем неустойчивом мире.